Геополитические стратегии Китая

   Мао Цзэдун выдвинул наибольшее число всевозможных идей, которые в современных исследованиях китайских ученых трактуются как геополитические. В 1946 г. появляется его первая гипотеза о срединной зоне. В беседе с американской журналисткой Анной Луизой Стронг, отвечая на вопрос о возможности нападения США на Советский Союз, Мао Цзэдун отметил, что «между США и Советским Союзом лежит обширная зона, охватывающая многие капиталистические, колониальные и полуколониальные страны Европы, Азии и Африки. До тех пор, пока американские реакционеры не подчинят себе эти страны, не может быть и речи о нападении на Советский Союз. В настоящее время на Тихом океане США контролирует район более обширный чем все бывшие сферы влияния Англии; они подчинили своему контролю Японию, часть Китая, находящуюся под господством гоминьдана, половину Кореи и южную часть Тихого океана. США уже давно установили свой контроль над Центральной и Южной Америкой. Они  стремятся также поставить под свой контроль всю Британскую империю и Западную Европу.»[1] (см. Рис. 1). В июне 1963 года в ответе ЦК КПК на письмо ЦК КПСС говорится, что «стратегическая цель американского империализма – это агрессия в промежуточной зоне, лежащей между США и социалистическим лагерем и установление там своего контроля».[2] В том же 1963 г. Мао Цзэдун уточняет эту гипотезу. Он говорит о том, что в мире существуют две срединные (промежуточные) зоны. Первая охватывает Азию, Латинскую Америку и Африку. Вторая – Западную и Восточную Европу. В 1974 году, когда Мао Цзэдуном была выдвинута теория «о трех мирах», первая срединная зона стала именоваться «третьим миром». Ко второй срединной зоне он добавил Японию, Канаду, Австралию и назвал ее «вторым миром». СССР и США стали «первым миром».

        Анализируя развитие геополитических взглядов Мао Цзэдуна, У Сяоди приходит к выводу, что с точки зрения пространственных  границ  китайская политика «трех миров» была «прагматичной и эгоцентричной». Она концентрировала свое внимание на трех наиболее важных для страны районах. Это, в первую очередь, районы, имеющие тесную связь с безопасностью Китая, т.е. все приграничные районы, а также Восточная Азия, как традиционная сфера влияния Китая. Во-вторых, это стратегическая буферная зона и районы «горячих точек». К ним он относит Юго-Восточную и Западную Азию, Средний Восток и некоторые районы Африки. Третий район составляют слабые страны, которые в наибольшей мере были подвержены влиянию сверхдержав. Например, бывшие английские колонии, такие как Танзания и Замбия.

       У Сяоди также отмечает, что хотя Китай называл себя страной третьего мира, но реальная политика КНР в отношении стран третьего мира свидетельствовала о пространственных ограничениях этой политики. Так, например, Китай отказался от участия в «Группе 77» и Движении неприсоединения, которые являлись ключевыми международными организациями развивающихся стран. Китай был исключен из мировой капиталистической системы и социалистического лагеря. Таким образом, с одной стороны, Китай был самым независимым актором в глобальной блоковой политике и, в тоже время, занимал изолированное положение.[4]



 

Запись опубликована в рубрике Китайская теория геополитики с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.