Национальные интересы Китая

    Нация, национальные интересы, государство-нация – являются основополагающими понятиями геополитики. Термин «китайская нация» впервые появился только в 1902 году, в статье Лян Цичао «Основные тенденции развития классической мысли в Китае», опубликованной в Японии в китайском журнале «Синьминь цунбао». Затем этот термин встретился в 1905 году в его статье «О китайской нации в истории». В мае 1907 года Ян Ду в статье «Экономические и военные проблемы» более системно  раскрывает содержание этого понятия. После Синьхайской революции 1911 года Сунь Ятсен, вступая в должность первого президента Китая, в своей «Декларации» написал, что «(китайское) государство состоит из ханьцев, маньчжуров, монголов, хуэйцев и тибетцев, которые создали эту страну. Другими словами, они сформировали единый народ, представляющий этнические группы ханьцев, маньчжуров, монголов, хуэйцев и тибетцев, или объединенную нацию». Лозунг «Республика пяти наций» был тогда популярным во всем Китае.[1]

           За прошедшие с тех пор десятилетия Китай находился в состоянии перманентной гражданской войны (куда можно отнести эксперименты “большого скачка” и “культурной революции”) и фактически выживания нации. Проблемы национальных интересов не обсуждались ни в научных, ни в политических кругах страны. Перед китайским обществом, как и 2000 лет назад, стояла задача объединения нации. После провозглашения политики реформ и открытости в Китае стали изучаться многие  острые политические проблемы, но достаточно широкая дискуссия по вопросам национальных интересов страны была проведена только в 2006 году по инициативе и при финансовой поддержке НОАК (Проект 2110), результаты которой были опубликованы в виде сборника статей. [1] Необходимо уточнить, что впервые НОАК обратилась к теме национальных интересов Китая   ещё в 1999 году, когда военно-научное издательство опубликовало  книгу Хун Бина «Теория государственных интересов».[2]

         В ходе дискуссии Янь Сюетун, директор Института международных проблем Университета Цинхуа, обратил внимание на то, что для определения содержания, иерархии и сферы действия национальных интересов Китая сначала необходимо разобраться в характере этих интересов. Речь идет об обычном развитии страны или о её подъеме. Простое развитие не требует перенапряжения сил, не ставит перед собой амбициозную задачу — превзойти развитые страны. Интересы превосходства, расширения – это, по мнению Янь Сюетуна, национальные интересы поднимающейся страны, то есть Китая.[3]

            За небольшой, с исторической точки зрения, период после холодной войны Китай  был вынужден уже несколько раз менять иерархию своих интересов. В 80-х годах это были главным образом экономические интересы. В начале 90-х годов на первом месте резко вышли политические интересы. Это было связано с событиями на площади Тяньаньмэнь в 1989 году и последовавшей за ними международной изоляцией Китая. К 1994 году Китай смог восстановить  свой авторитет и преодолеть последствия изоляции, хотя эмбарго на продажу Китаю военной техники западными странами действует и по сегодняшний день и вряд–ли когда-либо будет отменено вообще. В 1996 году разразился тайваньский кризис. Политика “двух Китаев “ и “независимости Тайваня”, проводимая президентом Тайваня Ли Дэхуэем получила большой международный резонанс и стала угрожать политике единого Китая, которую отстаивал Пекин. Теперь на первый план вышли интересы национальной безопасности страны. Сейчас мы видим другую ситуацию – расширяются экономические интересы страны и при этом не гарантируются интересы безопасности страны. Комплексная мощь Китая развивается не равномерно. Экономическая сила страны развивается быстрее военной, а политическая – застыла на месте. Это неравномерность развития ведет к ухудшению безопасности страны. Сейчас иерархия национальных интересов Китая выглядит следующим образом: интересы             безопасности, политические интересы, экономические и только потом культурные. Экономические интересы по сравнению с периодом 80-х годов 20 столетия с первого места переместились на третье.[4]

             За эти годы границы национальных интересов Китая претерпели существенные изменения. Сфера интересов или пространство действия интересов Китая расширилось далеко от собственных границ. Сегодня безопасность жизни и интересов граждан КНР за рубежом, по мнению китайских ученых, не гарантируется. Способность вооруженных сил КНР обеспечить эту безопасность все еще не достаточно. С политической точки зрения, Китай уже стал частью мировой системы,  что полностью признается другими странами. В 90-е годы 20 столетия Китай вступил в большинство международных организаций. Сейчас уже не стоит вопрос о признании прав Китая в этих организациях. Китай борется за право определения и установление новых международных правил. В области экономических интересов, Китай концентрировал свои интересы на приток зарубежных капиталов и технологий, а сегодня — ставит задачу по выходу за рубеж, расширению вывоза китайского капитала и получение доступа к зарубежным природным ресурсам. В прошлом это был упор на экспорт и расширение товарного рынка, сейчас – увеличение активов в транснациональных  компаниях, через которые осуществляется вывоз капитала. В области культуры Китай раньше ставил задачу сохранения традиционной культуры, то теперь – продвижение китайской культуры за рубеж.

 


[1] «Национальные интересы Китая и их влияние». Глав. ред. Сюй Цзя. Изд. Шиши. 2006 г. (Zhongguo guojia liyi yu yingxiang. Zhubian — Xujia. Beijing.  Shishi chubanshe. 2006 nian)

[2] Хун Бин “Теория государственных интересов”. Военное научное издательство. Пекин. 1999 (Guojia liyilun/Hong Bing. Beijing.  Junshi kexue chubanshe. 1999nian), а также см.  статью  Чу Шулуна «Национальные интересы, национальная сила и национальная стратегия Китая» в журнале «Стратегия и управление» 1999 г. № 4. С.14()

[3] Янь Сюетун. Содержание национальных интересов Китая в период подъема. Национальные интересы Китая и их влияние. Гл. ред. Сюй Цзя. 2006 г.

[4] Указ. соч.

 


[1] «Qiushi» (organ of the Central Commeittee of Communist Party of China). Vol.2 № 1 January 1, 2010. P. 135.

Запись опубликована в рубрике Национальные интересы Китая с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.